univhumUniversum HumanitariumUniversum Humanitarium2499-99972713-1165Новосибирский государственный университет10.25205/2499-9997-2025-1-123-134univhum-81Research ArticleМолодые лица наукиYoung People of ScienceСложносоставные луки развитого Средневековья из скальных захоронений МонголииComposite Bows of the High Middle Ages from Rock Burials in MongoliaПронинД. И.ProninD. I.

Даниил Игоревич Пронин, бакалавр

Daniil I. Pronin, Bachelor

d.pronin@g.nsu.ruНовосибирский государственный университетРоссияNovosibirsk State UniversityRussian Federation20252706202501123134Copyright © Пронин Д.И., 20252025Пронин Д.И.Pronin D.I.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.universum-humanitarium.ru/jour/article/view/81

Рассмотрены сложносоставные луки кочевников Центральной Азии из скальных захоронений Монголии XI–XIV вв. Представлены описания пяти экземпляров луков с сохранившейся кибитью. Собранные материалы позволяют выявить некоторые тенденции в эволюции сложносоставных луков рассматриваемого региона. Помимо прочего установлено, что на протяжении рассматриваемого периода внутренняя сторона плеч лука начинает все чаще снабжаться роговыми накладками, которые лучше, чем дерево, работали на сжатие. Кроме того, роговые плечевые накладки выполняли роль демпфирующей пружины, которая позволяла луку более эффективно возвращать первоначальную форму после выстрела. Определенные изменения произошли и в оформлении кибити. Если плечи более ранних луков имели преимущественно уплощенное поперечное сечение, то теперь оно изменяется на более округлое, в некоторых случаях D-образное. Такие луки можно было длительное время хранить в налучье в боевом положении (с натянутой тетивой) и более эффективно использовать при стрельбе тяжелыми стрелами с широким массивным пером. Костяные накладки на концы лука в XIII– XIV вв. используются все реже, а переходные зоны становятся более выраженными. Кроме того, в Монгольскую эпоху появляются ранние варианты упоров под тетиву. Определенные перемены происходят и в оформлении оружия. Так, например, центрально-азиатские мастера перестают оклеивать берестой или кожей внутреннюю сторону кибити лука. Таким образом, на протяжении рассматриваемого периода складывается особая разновидность сложносоставного лука, которая со временем станет доминирующей в саадачных наборах народов Монголии, Маньчжурии, Саяно-Алтая и Байкальского региона.

The article examines composite bows of Central Asian nomads from the rock burials of Mongolia in the 11th – 14th centuries. Descriptions of five bow specimens with preserved kibiti are presented. The collected materials allow us to identify some trends in the evolution of composite bows of the region in question. Among other things, it was found that during the period in question, the inner side of the bow limbs began to be increasingly equipped with horn pads, which worked better than wood in compression. In addition, the horn shoulder pads served as a damping spring, which allowed the bow to more effectively return to its original shape after firing. Certain changes occurred in the design of the kibiti. If the limbs of earlier bows had a predominantly flattened cross-section, now it changes to a more rounded one, in some cases D-shaped. Such bows could be stored in a bow case in a combat position (with a stretched bowstring) for a long time, and were more effectively used when shooting heavy arrows with a wide, massive feather. Bone overlays on the ends of the bow are used less and less in the 13th – 14th centuries, and the transition zones become more pronounced. In addition, early versions of bowstring rests appear in the Mongolian era. Certain changes also occur in the design of weapons. For example, Central Asian craftsmen stop pasting birch bark or leather on the inside of the bow kibiti. Thus, during the period under consideration, a special type of composite bow is formed, which, over time, will become dominant in the sadachny sets of the peoples of Mongolia, Manchuria, Sayan-Altai and the Baikal region.

Монголияскальные захоронениялуки XI–XIV ввMongoliarock burialsbows of 11th - 14th centuriesReferencesБобров Л. А. Тактический прием «хоровод» в военном искусстве кочевников Великой степи XIII–XVI вв. // Средневековые тюрко-татарские государства. 2016. № 8. С. 73–83.Bobrov L. A. Takticheskii priem “khorovod” v voennom iskusstve kochevnikov Velikoi stepi XIII–XVI vv. [The tactical device “round dance” in the military art of the nomads of the Great Steppe of the 13 th – 16th centuries]. Srednevekovye tyurko-tatarskie gosudarstva [Medieval Turkic-Tatar states], 2016, no. 8, pp. 73–83. (in Russ.)Бобров Л. А., Сальников А. В. Тактический прием «тулгама» в военном искусстве монголов XIII в. // Былые годы. 2015. № 4. С. 786–797.Bobrov L. A., Khudyakov Yu. S. Vooruzhenie i taktika kochevnikov Tsentral'noi Azii i Yuzhnoi Sibiri v epokhu pozdnego Srednevekov'ya i rannego Novogo vremeni (XV – pervaya polovina XVIII v.) [Armament and tactics of the nomads of Central Asia and Southern Siberia in the Late Middle Ages and Early Modern Times (15th – the first half of the 18 th century)]. St. Petersburg, SPbSU Press, 2008, 782 p. (in Russ.)Бобров Л. А., Худяков Ю. С. Вооружение и тактика кочевников Центральной Азии и Южной Сибири в эпоху позднего Средневековья и раннего Нового времени (XV – первая половина XVIII в.). СПб.: Филол. фак. СПбГУ, 2008. 782 с.Bobrov L. A., Salnikov A. V. Takticheskii priem “tulgama” v voennom iskusstve mongolov XIII v. [Tactical method of “tulgama” in the military art of the Mongols of the 13th century]. Bylye gody [The old days], 2015, no. 4, pp. 786–797. (in Russ.)Горбунов В. В. Военное дело населения Алтая в III–XIV вв. Барнаул: АлтГУ, 2006. Ч. 2: Наступательное вооружение (оружие). 233 с.Gorbunov V. V. Voennoe delo naseleniya Altaya v III–XIV vv. [Military affairs of the Altai population in the 3 rd – 14th centuries]. Barnaul, AltSU Press, 2006, 233 p. (in Russ.)Худяков Ю. С. Вооружение кочевников Южной Сибири и Центральной Азии в эпоху развитого Средневековья / Отв. ред. В. Е. Медведев. Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 1997. 159 с.Khudyakov Yu. S. Vooruzhenie kochevnikov Yuzhnoi Sibiri i Tsentral'noi Azii v epokhu razvitogo Srednevekov'ya [Armament of the nomads of Southern Siberia and Central Asia in the era of the advanced Middle Ages]. Ed. by V. E. Medvedev. Novosibirsk, IAE SB RAS Publ., 1997, 159 p. (in Russ.)Erdenebat U. Altmongolisches Grabbrauchtum: Archäologisch -historische Untersuchungen zu den mongolischen Grabfunden des 11. bis 17. Jahrhunderts in der Mongolei. Dissertation, Rheinische Friedrich-Wilhelms-Universität Bonn. Bonn, 2009. 262 S.Erdenebat U. Altmongolisches Grabbrauchtum: Archäologisch -historische Untersuchungen zu den mongolischen Grabfunden des 11. bis 17. Jahrhunderts in der Mongolei. Dissertation, Rheinische Friedrich Wilhelms-Universität Bonn. Bonn, 2009, 262 S.Амартүвшин Ч., Батдалай Б. Хагтын хадны оршуулга // Нүүдэлчдийн өв судлал. 2020. T. 21-2, Fasc-11. УБ, С. 110–127. (на монг. яз.)Amartүvshin Ch., Batdalaj B. Hagtyn hadny orshuulga. Nүүdelchdijn өv sudlal, 2020, vol. 21-2, Fasc-11. UB, pp. 110–127. (in Mong.)Монголын хадны оршуулгын дурсгал. XIII Боть. Улаанбаатар, 2022. 297 с. (на монг. яз.)Mongolyn hadny orshuulgyn dursgal. XIII Bot'. Ulaanbaatar, 2022, 297 p. (in Mong.)Цэлхагарав Ц., Бемманн Я., Төрбат Ц. Ёлын хэцийн хадны оршуулга // Археологийн судлал Боть XXXIX, дэвтэр 1–17. Улаанбаатар, 2020. С. 170–184. (на монг. яз.)Tselkhagarav Ts., Bemmann Y., Torbat Ts. Yolyn hadny orshuulga. In: Arkheologiin sudlal Bot XXXIX, devter 1–17. Ulaanbaatar, 2020, pp. 170–184. (in Mong.)

The authors declare that there are no conflicts of interest present.